С приходом последних десятилетий 21-го века человечество сталкивается с беспрецедентным в своей истории кризисом. Если раньше главной опасностью был дефицит ресурсов, то теперь изменение климата воспринимается как непосредственная угроза для мира во всем мире. Как природные, так и человеческие системы столкнутся с перспективой постоянного коллапса. Из девяти планетарных границ, три – биологическое разнообразие, изменение климата и уровень азота, – уже были пройдены в 2000 году. Теперь человечество также вышло за допустимые рамки землепользования, расхода пресной воды и окисления океана. Население, достигнув пика в 2050 году, в настоящее время идет на убыль, так как миллионы погибают в результате войны, голода и экологических катастроф. Появляются также совершенно новые и страшные угрозы, например, такие, как нанотехнологический терроризм. Глобальная экономика, которая уже претерпевает стремительные изменения, вступила в период интенсивной дестабилизации: традиционный свободный рыночный капитализм сталкивается с проблемами, на которые он не способен конструктивно ответить. Корпорации, которые существовали в течение многих десятилетий, кажется, исчезают в одночасье, не в состоянии адаптироваться. Также придется меняться и правительствам: все более озлобленные и испуганные граждане оказывают сильное давление на мировых лидеров, которые должны будут либо скорректировать свою деятельность, либо уйти в отставку. Каждая организация и учреждение выживает или закрывается в зависимости от реакции на этот кризис. К 2100 году мир будет неузнаваем по сравнению с его прежним состоянием. Политические, экономические, социальные, технологические и экологические изменения будут происходить так быстро, что эти четыре десятилетия будут совершенно не похожими на какой-либо другой период истории.
Большинство стран мира в 2060-х оказались в ситуации быстрой геополитической деградации. Причиной этого кризиса является бесконечный поток беженцев в результате климатических изменений, пытающихся пересечь национальные границы. В течение этого периода все большее число экваториальных стран классифицируются как несостоявшиеся государства, с потерпевшими крах правительствами и неуправляемым населением. В результате во многих регионах гражданская война становится обычным явлением. Для многих стран, примыкающих к этим экваториальным регионам, это становится причиной серьезных политических и социальных разногласий, поскольку вводятся отчаянные меры для того, чтобы либо принять беженцев, либо пытаться не пускать их в страну. Эта проблема остро стоит между Европой и Африкой. Средиземноморье становится высоко военизированным – Италия, Испания и Греция особенно сильно пострадали, и в результате к власти приходят бескомпромиссные националистические правительства. Многие европейские страны находятся в политическом тупике из-за необходимости делиться пищей и водой. На другом конце Африки, ранее стабильная ЮАР переполнена беженцами из Ботсваны, которая почти полностью поглощена опустыниванием.
Похожие проблемы множатся и в Азии. Население постепенно покидает Бангладеш, причем многие бежали в соседнюю Индию. Последняя, однако, не в состоянии обеспечивать необходимым минимумом такой наплыв беженцев. В результате образовались огромные трущобы вдоль границы Бангладеш-Индия, ставшие домом для многих миллионов людей. Перенаселенный, с быстро распространяющимися эпидемиями и царящим беззаконием, этот регион стал одним из самых опасных в мире. Китай также сталкивается с политическим кризисом, поскольку растет разделение между прибрежными районами и восточными плато. Население страны планомерно сокращается, поскольку многие уходят на север, в регионы с более стабильным климатом. Россия в настоящее время ведет переговоры с Пекином, чтобы остановить прилив китайских беженцев, который способствует дальнейшему разделению региона. Между тем, большая часть Ближнего Востока превратилась в анархичную пустыню – в регионе осталось лишь несколько полустабильных стран.
В Северной Америке произошло резкое изменение в расстановке сил. Соединенные Штаты и Канада создали систему, при которой американские граждане могут временно работать в Канаде – наподобие американо-мексиканской программы Брасеро, введенной более века назад. Это связано с катастрофической экономической ситуацией в Америке и подъемом Канады в качестве сверхдержавы. В любом случае, большое число американцев, легально или нет, переезжают в Канаду на постоянное место жительства. Это создаёт большое трение между двумя странами. Подъем Канады побуждает некоторых на призывы к более агрессивным действиям в отношении Соединенных Штатов, и возможно даже войне. Хотя эти идеи пока не имеют широкой поддержки, ситуация усугубляется ростом насилия в американских анклавах по всей Канаде.
На южной границе ситуация гораздо более напряженная. Массовый приток в Соединенные Штаты иммигрантов из стран Центральной Америки, в первую очередь из Мексики, приводит к радикальному демографическому сдвигу в южных штатах. Это в определенной степени поощряется как ответ на отток американских рабочих в Канаду. Тем не менее, сокращение рабочих мест за счет автоматизации и ограниченное региональное производство продовольствия в настоящее время заставляют американские власти перекрыть поток иммиграции, оставляя большое число американцев мексиканского происхождения на улице. Тот факт, что большинство из этих людей застряли на юго-западе, только усугубляет ситуацию. Этот регион является одним из самых обездоленных в стране, где постоянно требуется нормирование пищи и воды. В сочетании с часто насильственными методами по герметизации границы, это приводит к глубокому расслоению по региональному и культурному признаку, подобного которому в США не было со времен Гражданской войны. В качестве ответа на происходящее, выросло Американское движение против иммиграции, достигшее теперь экстремально высокого уровня. Ранее относившиеся к более радикальным фракциям Республиканской партии, теперь многочисленные ответвления обрели самостоятельность и вместе с новыми партиями придерживаются крайних националистических и неофашистских взглядов. В свете переживаемых Америкой потрясений, некоторые из этих групп в последние выборы стали ближе к президентству, чем любая третья сторона раньше.
Южная Америка находится в еще худшем состоянии. Хотя Бразилии и Аргентине удалось сохранить определенную степень стабильности, горным северо-западным странам грозит упадок вследствие чрезвычайной засухи. Некоторые – например, Перу и Боливия – деградировали до кучки вооруженных лагерей, защищающих свое водоснабжение. Из-за географических препятствий подавляющее большинство беженцев двигается на север. Тем не менее, бесконечные засухи и гражданские войны происходят по всей Центральной Америке, а значит, лишь небольшая часть этих людей на самом деле сможет добраться до более высоких широт.
Многие острова в южной части Тихого океана и в Индийском океане полностью заброшены. Большинство из выживших переехали в Австралию. Несколько новых политических организаций формируется из оставшихся островных государств и совершает попытки, чтобы их голос был услышан на международной арене. В Папуа – Новой Гвинее переселение привело к вымиранию сотен уникальных языков и культур.
Геополитическая власть перестраивается коренным образом в глобальном масштабе. Ввиду того, что Соединенные Штаты сфокусированы на собственных внутренних проблемах, а Китай и Индия находятся в тупике из-за ухудшения состояния окружающей среды, на передний план выходит новая группа стран. Наиболее значимыми являются те немногие страны, которые на самом деле получили выгоду от изменения климата: Канада, Россия, Исландия и скандинавские страны. Эти страны развиваются в относительно благополучные эко-технические сообщества, некоторые из которых даже в состоянии разместить значительное число беженцев. Соединенному Королевству, Новой Зеландии и Японии удалось стабилизироваться за счет прекращения каких-либо взаимодействий с материком и обретению полной самодостаточности.
В более пострадавших регионах те страны, которые смогли адаптироваться, обрели новый уровень власти. Мексика, например, достигла некоторой степени устойчивости благодаря массовому внедрению технологии опреснения и использованию солеустойчивых биотоплив. Это произошло во многом благодаря американским усилиям по контролю и стабилизации Латинской Америки и, как следствие, своей южной границы в предыдущие десятилетия. Турция является ещё одним примером: ей удалось остаться относительно невредимой после пика нефтяного кризиса благодаря большим запасам нефти и природного газа. Теперь Турция является самым мощным государством в регионе, обладая заблокированными от беженцев границами и прикрытием в виде ядерного щита. Во многих случаях страны были разделены на одновременно стабильные и охваченные хаосом районы. Примерами упадочных регионов являются юг Мексики, Южная Италия и север Индии. В результате всех этих изменений и распада многих из своих членов такие организации, как ООН и НАТО, либо исчезли совсем, либо растеряли всё свое влияние. Формируются новые коалиции на основе быстро развивающейся структуры власти.
Параллельно с эволюцией геополитики, переживает свою собственную революцию и политическая практика. Политическую и экономическую системы сейчас полностью контролируют дети и внуки послевоенного поколения и очевидно, что ни одна из систем не является функциональной. Родившиеся в быстро деградирующем мире, большинство из этих новых мировых лидеров открыто признают неэффективность старых методов, и активно ищут новые пути развития. Традиционная растущая экономика, еще существовавшая в 2050-х, окончательно отвергнута в этот период, хотя перестройка была долгой и трудной. Появление новых региональных сил на севере, обладающих иммунитетом к худшим последствиям климатических изменений, образуют наиболее тесно взаимодействующее международное сообщество в этой части мира. В течение последних десятилетий этого столетия в мире проводится масштабная мобилизация зеленых технологий и инженерной геологии в условиях катастрофических изменений климата. С точки зрения масштабности и затрачиваемых усилий, это превосходит уровень промышленного производства, который был во времена мировых войн, и подразумевает беспрецедентную степень государственного вмешательства, которое невозможно было бы в прошлом. Мировые войны доказали, что сопротивление таким действиям быстро испаряется, когда встает вопрос жизни или смерти. Человечество в 2060-х движется вперед в режиме выживания.
Развитие ИИ и робототехники вместе с био и нанотехнологиями дают некоторую надежду сделать кризис более управляемым, чем это было бы в противном случае. Человекоподобный ИИ, который раньше ограничивался стратегическими задачами и планированием, в настоящее время работает в области прямого управления правительствами стран и корпорациями. С гораздо большими возможностями для детального предвидения, в то же время с отсутствием человеческих эмоций и предрассудков, эти искусственные существа доказали, что являются неотъемлемой частью адаптации к новым условиям. Они также используются для разработки новых технологий и моделирования будущих климатических условий (наряду с их социальными/ демографическими последствиями) с чрезвычайно высоким уровнем точности. Резкий рост влияния ИИ вызывает легкую обеспокоенность общества – многие люди по-прежнему испытывают подозрение к таким системам. Тем не менее, более актуальная угроза изменения климата вскоре затмевает этот страх. Дело в том, что люди стали больше взаимодействовать с ИИ и использовать его, что способствовало привыканию обычного человека к их существованию. Действительно, глобальное потепление делает необходимым более широкое распространение ИИ, так как теперь он необходим для того, чтобы поддерживать развитие цивилизации. К концу этого века влияние ИИ превзошло человеческое.
Новое поколение политиков, появление сильного ИИ, изменение геополитической карты, и явная проблема преодоления климатического кризиса – всё это вместе мобилизует страны, имеющие возможность справиться как с насущными проблемами глобального потепления, так и в корне устранить проблемы в политической и экономической системах. Вообще, есть два подхода к решению этих проблем. Первый – попытка применить традиционные механизмы и допущения старой экономики с целью привить миру некую новую форму капитализма. В этом подходе, отвечающем главным образом старым корпоративным интересам правительств, находящихся в тяжелом положении, используются существующие политические и рыночные инструменты для борьбы с надвигающейся угрозой климатических катастроф. Второй путь – более радикальный отход от традиционного мышления с целью изменить основные структуры общества. Эта позиция, поддерживаемая молодым поколением, динамичными корпорациями, относительно стабильными правительствами и подавляющим большинство программ ИИ, нацелена на долгосрочную перспективу и переход к совершенно новому типу экономической парадигмы.
Первый подход оказывается доминирующим в первые годы такого переходного периода, так как большинство стран не имеют достаточной энергии или ресурсов для решения актуальных проблем и их причин. Многие до сих пор ошибочно считают, что старые экономические модели могут работать, если только удастся избавиться от выброса CO2. Хотя на данный момент регулируемая правительствами промышленная мобилизация, сравнимая по масштабам с уровнем второй мировой войны, оказывается лучшим способом для решения таких быстро растущих проблем в краткосрочной перспективе. Усилия по решению проблемы глобального потепления, конечно, предпринимались ещё с начала века, но эти меры оказались малоэффективными. Однако теперь, активность действий увеличилась на порядок. Поскольку количество выбросов CO2, производимых человеком снизилось до незначительного уровня, работа сейчас ведется в области геологической инженерии, чтобы обратить вспять ущерб от эмиссии в предыдущие десятилетия и века.
Действия в ответ на глобальное потепление первоначально предпринимались более стабильными странами, но теперь быстро распространяются и в других государствах. Из-за огромного временного промежутка между началом использования чистой энергии и замедлением потепления действия должны быть направлены на уже существующий углерод. Для этого используются различные методы. Поглощение углерода, которое начало осуществляться в конце 2020-х годов, в настоящее время достигло серьезных масштабов, достаточных для удаления миллиардов тонн CO2 в год. Часто это делается в сотрудничестве с производителями продуктов питания, которым обеспечивают контролируемые поставки CO2 для растений. В дополнение к удалению углерода, используются некоторые геоинженерные методы, которые непосредственно направлены на проблему повышения температуры, но не уровня СО2 как такового. Наиболее распространена покраска в белый цвет крыш или больших открытых пространств, что обеспечивает отражение большей части солнечного света и, как следствие, снижает температуру (более темные цвета поглощают больше тепла).
Применяются также и другие, более радикальные методы. Один из них связан с орошением морских слоисто-кучевых облаков каплями воды или наночастицами, что увеличивает их отражающую способность. Другой метод имитирует эффект охлаждения при вулканических извержениях путем преднамеренного выброса диоксида серы в стратосферу. Этот способ настолько эффективен, что один килограмм способен компенсировать несколько сотен тысяч килограммов CO2. Эти подходы вызвали много споров в предыдущие десятилетия, в связи с непредсказуемостью влияния на осадки. Наука с тех пор ушла далеко вперед, и моделирование, проведенное на квантовых компьютерах, устранило все давние неопределенности в отношении оптимальных методов и мест их применения.
Решаются и другие проблемы. В настоящий момент повышение кислотности океана сеет хаос в морской среде и грозит смертельными последствиями. Например, постепенное исчезновение водорослей угрожает значительным снижением выработки кислорода, в то время как практически прекращается рыбная ловля. Одна из ответных мер – это возведение скал из хризолита в определенных районах океана, который вступает в реакцию с угольной кислотой с образованием бикарбоната. Это удобряет кораллы при одновременном снижении общей кислотности. Также подобным образом применяется известь, которая при достаточно масштабном использовании превращает некоторые части океана в поглотители углерода. Для большей эффективности наряду с натуральными средствами применяются искусственные вещества, синтетические организмы и нанотехнологии. Несмотря на это, масштаб и скорость усугубления проблемы говорят о том, что пройдут десятилетия, прежде чем человечество получит полный контроль над ситуацией.
Так как экваториальные районы постепенно теряют население, более стабильные северные страны приступают к подготовке территорий для выработки возобновляемой энергии, проектам поглощения углерода и восстановления ресурсов. Сельскохозяйственные угодья также используются, хотя есть споры относительно того, приносит ли это пользу оставшемуся местному населению. Наряду с добычей ископаемых на астероидах и Луне, металлы и минеральные ресурсы в настоящее время становится доступны на Земле благодаря достижениям в области нанотехнологий, которые позволяют машинам идеально выделять каждое вещество из горной породы. Например, запасы фосфора находятся сейчас в безопасности, так как даже часто встречающаяся порода с низкой концентрацией пригодна для получения фосфора. Переработка развилась еще больше за этот период, достигая 100% в некоторых странах, и вновь благодаря нанотехнологиям. Целые города, заброшенные в связи с изменением климата, можно в некотором смысле «переработать» с использованием автоматизированных роботов, запрограммированных на добычу и переработку полезных материалов из разрушающейся инфраструктуры. Свалки особенно перспективны для такой технологии. Дополнительным фактором снижения дефицита ресурсов является, конечно, падение экономического спроса, так как старая парадигма роста, наконец, со скрипом останавливается.
С приложением подобных усилий начинается продвижение второго типа ответных мер, поддерживающих внедрение совершенно нового вида социально-экономических систем. Хотя этот подход имел более медленный старт, чем традиционный, в последние десятилетия 21-го века этот подход неизбежно начинает доминировать. Более старая модель доказывает снова и снова, что не в состоянии предложить достаточное долгосрочное решение, несмотря на то, что правящая элита делает все, что в ее силах, чтобы сохранить статус-кво. Многие страны вынуждены проходить через революции и периоды анархии прежде чем достичь подлинного прогресса. Но все же новый дух времени начинает укрепляться, чему способствует распространение информационных технологий. Хотя технологии всё ещё недостаточно развиты чтобы полностью обратить изменение климата, человечество в состоянии установить равновесие, предотвращающее худший сценарий развития событий, и избежать краха цивилизации. Между тем, проблема беженцев смягчается в течение 2080-х, так как большинство из них либо достигли своей конечной цели, либо погибли на пути к её достижению. Страны, которые были в состоянии спастись, уже сделали это, некоторым странам это не удалось – так или иначе, планета находится в некотором состоянии хаотичного мира: люди находятся в границах стабильных северных анклавов на фоне разрушенной и опустошенной окружающей среды.
При этой относительной стабильности разворачивается окончательный переход. Этот период отмечен попытками найти виновного в катастрофах. Оставшиеся корпоративные и политические деятели становятся мишенью для представителей молодого поколения. Большинство из наиболее пострадавших стран рассматривает промышленно развитые страны в качестве источника своих страданий. Те, которые сохранили последовательное государственное правительство, требуют компенсаций. Ожесточенные дебаты ведутся вокруг окончательной стратегии будущего развития: многие призывают к радикальной реформе мировой валютной системы и даже ликвидации самих денег. Понятно, что экономика должна быть основана на физическом или человеческом капитале, а не на ВВП, который постепенно перестает быть мерой богатства нации, его заменяет более правдивые маркеры человеческого благополучия и успеха. Одна из таких моделей складывает продолжительность жизни с общей удовлетворенностью жизнью и делит результат на экологический след, дающий представление о качестве жизни нынешнего поколения и её влиянии на качество жизни детей этого поколения. Искусственный интеллект теперь играет ещё более продвинутые роли – полностью руководит сельскохозяйственным производством, горнодобывающей промышленностью, производством энергии в целях обеспечения максимальной эффективности и минимизации экологических рисков.
Конечным результатом первой реакции было стабильное состояние экономики в развитых странах мира. В свете материальных трудностей и распространения автоматизации, люди покупали меньше, работали все меньше и меньше платили. Последствия этого перехода сейчас вызывают смещение акцентов от материализма к более альтруистическим понятиям семьи, общины и творчества. Это подрывает былое установившееся мнение, что деньги и личный успех жизненно важны для счастья. Люди имеют больше свободного времени и потребляют гораздо меньше ресурсов. Технологии способствуют этой тенденции множеством способов. Виртуальная реальность, например, позволяет людям использовать товары и услуги, которые оказывают малое влияние на реальный мир или вообще не оказывают такового. Правительства начинают устанавливать лимиты неравенства, поскольку точное демографическое моделирование и прогнозирование с использованием ИИ и квантовых компьютеров четко показало, какой большой стресс для общества вызывает неравенство. Основные ресурсы, необходимые для удовлетворения жизненно важных потребностей, становятся общим достоянием. В результате преступность, бедность и другие социальные проблемы постепенно снижаются.
Мир, конечно, далек от утопии. Глобальное потепление и повышение уровня моря остаются серьезными угрозами, в то время как прогресс идёт везде разными темпами и разными путями из-за культурных различий в мире. Требуется преодолеть ещё множество проблем, но цивилизация в целом оказывается более гибкой и инновационной, чем это было раньше – благодаря текущему развитию науки, которая значительно расширяет интеллектуальную и образовательную базу человечества. Этот переход будет продолжаться и в 22 веке, чтобы увенчаться приходом к истинной модели устойчивого развития.
More…
2060
